Меню

Lewis Ink - история перекрытия шрама татуировкой

Льюис - молодой татуировщик из Швейцарии, который не так давно опубликовал фото перекрытия татировкой большого шрама. Понятно, что клиент был подвержен серьезной травме и впоследствии инвазивной хирургии, которая надрезала ее живот пополам. Растяжки показывают колебания веса при беременности. А татуировка преобразила ее тело. Плененный любопытством я решил подробнее узнать об этом случае.

Lewis Ink за работой над эскизом в своей студии Lewis Ink за работой над эскизом в своей студии

Морган: Спасибо, что нашел время, чтобы ответить. Можешь ли немного рассказать о себе?

Льюис: Большое спасибо за твой интерес к моей работе! Мне 23, я занимаюсь таутировкой менее одного года. Я только что переехал в Биль в Швейцарии и открыл свою собственную студию татуировки. Окончил школу графического дизайна в Лозанне.

Меня всегда привлекало рисование, геометрия и пространственная визуализация. Я вырос в окружении татированных людей в моей семье и кругу друзей. Моя любовь и страсть к искусству татуировки не перестанет расти. Я начал изучать графический дизайн и иллюстрацию когда мне было 16. Сначала в Школе Дизайна в Род-Айленде, затем на бакалавра графического дизайна в Швейцарии. Хотя я изучал графический дизайн в течение 7 лет, я всегда знал, что я стану татуировщиком.

Морган: Я смотрю ты собрал большую коллекцию татуировок на своем теле.

Льюис: Да, я начал татуироваться в 17 лет и с тех пор не могу остановиться. Я многому научился у других татуировщиков: гигиене процесса, технике татуировки, построении машинок, пайки игл и др.

Морган: Как имя твоего клиента?

Льюис: Селин, из Франции. Она хороший друг моей мамы!

Селин до и после Селин до и после

Морган: Рассказала ли Селин о своем шраме?

Льюис: Да, после третьих родов мышцы ее живота были порваны. Она перенесла две операции и хотела избатиься от этого шрама на животе.

Морган: Был ли это совместный дизайн-проект?

Льюис: Нет, она действительно не знала, что получится, но просто хотела что-то женское. Я подготовил несколько эскизов, ей понравился один из них.

Морган: Это твой первый опыт работы по шраму?

Льюис: Однажды я уже делал татуировку на шраме. Это была большая черная полоса вокруг запяться, так что было не сложно.

Морган: Каковы технические трудности работы по шраму?

Льюис: Когда вы работает с очень тонкой кожей или с рубцовой ткань, вы должны быть очень осторожны, особенно для такой деликатной работы. Вы должны контролировать глубину проникновения иглы, потому что линии или точки могут сильно повредить ткани.

Морган: Эта татуировка была сделана за один сеанс?

Льюис: Да, один сеанс. Она была очень тихой и спокойной. Я сделал все возможное, чтобы ей было комфортно, зная как это очень важно для нее.

Морган: Что ты делаешь, чтобы клиент чувствовал себя комфортно?

Льюис: Я много говорю. Я пытаюсь объяснить им процесс, особенно для людей, которые не имеют никаких татуировок. Также я работаю в частной студии татуировки, только для одного клиента в день. Я действительно стараюсь, чтобы они чувствовали себя как дома. Мы иногда обедаем вместе, говорим о дизайне. Я провожу все утро и конец дня за рисованием, поэтому у меня много готовых эскизов и вдохновения для работы. Мы всегда находим что-то, что радует и меня и клиента.

Морган: Как она отреагировала?

Льюис: Она плакала. Это был очень деликатный случай, она была очень благодарна, и действительно счастлива. Она не ожидала такого результата.

Морган: Как это повлияло на тебя?

Льюис: Я был тронут ее реакцией. Это было огромной честью видеть, что мне удалось сделать так, чтобы человек почувствовал себя гораздо лучше. Для меня это лучшая работа в мире - делать людей счастливее. Я всегда стараюсь, чтобы люди покидали мой салон с улыбкой на лице.

Посмотреть другие работы Льюиса

Читать оригинал на английском

Интересное: